• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
12:23 

Постмодерн подсмотрен
Вчера интересная новость на Горьком привлекла меня.

Аргентинский писатель предстанет перед судом за переделку рассказа Борхеса

Если вкратце, некий аргентинский горе-постнодермист решил сотворить очень свежую литературную шутку, чутка переделал борхесовский "Алеф" и опубликовал его под своим именем в занюханном журнальчике. Каким-то образом Мария Кодама, вдова Борхеса, об этом узнала и подала на клоуна в суд. Теперь ему светит до шести лет тюрячки (да, сурово).

Привлекла меня эта новость вот почему. Во-первых, она про Борхеса, моего любимого Борхеса. Причём курьёзная: уж очень не вяжется дело о плагиате с образом Борхеса, его философией и отношением к тексту, вспоминается Пьер Менар, интересно, сколько бы ему дали за "Дон Кихота". Мне кажется, сам Борхес не стал бы агриться на этого писателя, напротив, посмеялся бы и поддержал. Это вам не фанатичный монах Хорхе. Во-вторых, у меня же и самого есть рассказ на основе рассказа Борхеса "Юг" (я о "Южном посёлке"), и я теперь по ходу в апасносте. Ну, и в-третьих, я давно хотел запилить этот мемес, идея была в голове, а тут повод появился


@темы: картинощки, IRL, "...а мы смеёмся", ссылки

18:54 

Постмодерн подсмотрен
Русский ПЕН окончательно зашкварился, посасывая властный хуец и предавая своих, и писатели начали флешмоб "Ололо, пора отсюда съёбывать". По инфе с Кольты во флешмобе уже приняли участие такие люди как Рубинштейн, Иличевский, Акунин, Алексиевич, Седакова, Кибиров, Гуголев и даже Успенский.

@темы: IRL

11:48 

Постмодерн подсмотрен
Минималисты, кстати, иногда любят брать чьи-то приёмы и работать с ними. При кажущейся схожести акцент приходится на минимальные различия. Вполне вероятно, что Новицкая прямо и открыто взяла текст Бурича, но сделала его более личным и интимным благодаря различиям лексики и синтаксиса.

В 1970 году Ян Сатуновский написал посвящение Вс. Некрасову:

Поговорим с тобой
как магнитофон с магнитофоном,
лихая душа,
Некрасов Николаевич Всеволод,
русский японец.


Позже Иван Ахметьев указал на истоки этого интересного сравнения, написав стихотворение, состоящее из двух цитат и контраста между ними:

"Поговорим как держава с державой"
предложил Маяковский Тынянову

"Поговорим как магнитофон с магнитофоном"
предложил Сатуновский Некрасову


В этом контрасте суть, это контраст не только поэтик, но и времён, причём безоценочный. Но здесь прямое указание на цитату. Более тонкая работа с этим сравнением была проведена Александром Макаровым-Кротковым уже в 2004 году:

поговорим с тобой на языке птиц

как птеродактиль с птеродактилем


Тут уже про другой контраст, про отличие говорящих от языка, шире — некоего окружающего мира, современности вообще. Это более личное и куда более горькое, тяжёлое, одинокое высказывание (его и можно сравнить со стихотворением Новицкой).

При этом за каждым текстом видно его автора: дневниковая искренность Сатуновского, внимание к истории поэзии у Ахметьева, птичья тема и японская интонация у Макарова-Кроткова.

@темы: поэзия, литвед

09:39 

Постмодерн подсмотрен
Свежий номер "Ариона" в ЖЗ, захожу я туда, читаю... Ира Новицкая:

твоя фотография
с каждым годом
все моложе и моложе


Такс-такс-такс... Дайте-ка вспомнить. О! Владимир Бурич:

Проходят годы
и молодеют
лица на фотографиях


¯\_(ツ)_/¯

UPD. Сделал с этим мемес, не удержался


запись создана: 26.12.2016 в 18:37

@темы: поэзия

10:05 

Постмодерн подсмотрен
Есть такой сайт вроде как критики "Rara Avis", ну он довольно консервативной направленности и в фокус моего внимания попадает редко, но тут они решили новую рубрику замутить: взять, значит, современного поэта и попытаться его объяснить через один его характерный приём. Я хз, нахуя было начинать с Сен-Сенькова, но начали именно с него — и очень зря. Критик проявил совершенную некомпетентность и неспособность увидеть никаких характерных приёмов поэта вообще. Ну вот, почитайте. Проблема тут прежде всего в том, что критик смотрит вообще не туда, не видит тех приёмов, которые реально характерны для Сен-Сенькова и его обращения с поэзией, а подходит с каких-то совсем устаревших позиций, ну, или если кому не нравится слово "устаревших" — неподходящих. Какие нахуй "метафоры, сравнения и прочие риторические фигуры"? Что за школотронная херь по типу "автор хотел сказать" и совсем плоские попытки интерпретации? Это же Сен-Сеньков, в стихотворении "SMS ДЛЯ ТЕХ, КТО СТОЯ ЧИТАЕТ В МЕТРО" важно прежде всего наложение разных медиа друг на друга, их противопоставление и взаимопроникновение. Да, речь идёт о поэтической книге и СМС. Стихотворение далеко не новое, оно было ещё в книге 2006 года, если кто помнит, в те годы транслит в смс был нормой в силу разных причин, я вот, например, его использовал потому, что латиницей вмещалось больше знаков в одно сообщение, это было дешевле. Латиница и кириллица тут сталкиваются не только потому, что автор и читатель из разных языков, но и потому, что тут сталкиваются книга и смска и так или иначе задействованы проблемы перевода: как стихотворения с одного языка на другой (с непоправимыми лакунами в итоге), так и сообщения из одного медиа в другое. Но главная промашка тут вот в чём: перепишем стихотворение без применения латиницы (что, в принципе, легко проделать в уме). Или просто прочтём вслух тому, кто не смотрит в текст. Основная мысль по-прежнему ясна, ведь взаимоотношения читателя, стихотворения и автора просто пересказываются: «собирается постучаться», «долго стоит перед дверью», «решает разрушить стихотворение», «стихотворение хочет познакомиться». Это же пиздец какой-то, огромный пласт смыслов, и важный пласт, просто пропал, а критик и в хуй не дует.
С применением имени Кольриджа сложнее, возможно, тут имело место реальное событие в жизни автора, которое и натолкнуло его на стихотворение: увидел, как кто-то читает Кольриджа, и пришла в голову идея взаимопроникновения разноязычных во всех смыслах миров. На такое можно было бы обратить внимание как на характерный современный приём: отсылки к опыту, которого читатель и знать не знает, это важный приём. Но критик снова смотрит мимо и пытается понять, почему цвет занавесок не соответствует настроению героя.

Так вот, в целом никаких приёмов критик так и не указал, не нашёл, выстрелил вхолостую, проглядел. На примере этого стихотворения была возможность порассуждать о визуальной выразительности шрифта или о привлечении опыта, который не может быть известен читателю, и оттого возникает тёмное место текста, один из приёмов постконцептуализма, можно было порассуждать об особой телесности текстов Сен-Сенькова, которые как бы мини-фильмы и вещи в себе, но нет, ничего этого нет, Сен-Сенькова тут нет, есть только досужие домыслы и немочь критика. Такие дела.

UPD. Эту статейку не оставил без своего язвительного внимания и Дмитрий Кузьмин. Кроме того, он разъяснил появление в тексте именно Кольриджа: мне стыдно, что я забыл (не то чтобы забыл, но забыл о его связи с Кольриджом) этот один из интереснейших сюжетов мировой поэзии, о котором писал, кстати, и Борхес — это приснившаяся Кольриджу под веществами поэма "Кубла-Хан", из которой он успел записать лишь фрагмент, когда к нему внезапно постучался некий человек, и остаток поэмы вылетел у Кольриджа из головы. Я же говорю, взаимопроникновение двух миров.
запись создана: 16.12.2016 в 17:16

@темы: поэзия, ссылки

12:09 

Постмодерн подсмотрен
На Литкарте выложили второй номер Воздуха за 2016, а там просто замечательная

Подборка Андрея Родионова и не менее интересное

Предисловие к ней от Ильи Кукулина

плюс • отзывы других поэтов
и • интервью

Я давно не читал Родионова, а он успел просто удивительно измениться, стал лиричнее, короче, интереснее и многограннее. Всё самое важное о новом Родионове сказано Кукулиным, и о важности восьмистишия, и о развитии приговского подхода, именно развитии, а не зацикливании: появляется вполне себе отчётливый лирический герой, в чём-то схожий, чем-то отличный от приговского (если таковой вообще есть, у Пригова взаимоотношения с лирическими и нелирическими субъектами были, конечно, в принципе сложными), и он умеет говорить что-то кроме автоматического дискурса, он без маски, классически "нераздельно-неслиянный" с автором, но то и дело обломки медийного дискурса встревают в его речь, иногда даже слишком отчётливо по-приговски. И этим, я думаю, он близок многим из нас, которые в постоянном онлайне мониторят всяческие медиа и через них узнают о происходящем в мире. Я лично о новостях своего Мухосранска ничего практически не знаю, зато переживал о смерти Немирова, будто Он что, знакомый твой? Знакомый, блядь, знакомый, и прочий хайп то и дело лезет в мою жизнь, точнее, я сам его ненасытно ищу. Ну ты понел суть.

Но мне, как всегда, особенно близка лирика, такая, без лишнего пафоса, а по-японски наблюдательная, или дейктическая, как сказали бы (я ещё в том году начал пилить пост о роли дейксиса в современной поэзии, но забыл про него, надо допилить как-нить), и тут Родионов тоже меня порадовал, пусть его лирика и сплетается с политическим, но как выходит всё равно классно:

11 ноября

Впервые за весь день я выглянул в окно
А там такое это самое
То, что давно уже предрешено
Три тени и сияние странное

Я путешествую давно, я как Улисс
Но что сияет даже через занавески
Три птицы в небо поднялись
А в небе дверь, зажжённая Павленским


Последний образ на себя стянул всё стихотворение, такой он мощи, при этом он тоже оттуда, из медиа, но переработан так, что стал удивительно лирическим, не теряя при этом собственных истоков. Он как бы сам по себе не принадлежит Родионову, его создатель Павленский, но Родионов его очень круто использовал в собственном контексте, отчего тот заиграл новыми красками. Или:

19 ноября

Глядел на небо. Вспомнил, в девяностых
Покрасить в театре половик мне в чёрный дали
И я, поскольку был халтурщик злостный
Его покрасил в цвет сегодняшней небесной дали

Увидев половик, начальник замер от тоски
Как я сейчас, когда глядел на небо
Он приказал заклеить всё кусочками фольги
А называлась эта опера — «Богема»


Тут работает типа сравнение, но оно немного не такое, к какому мы привыкли. Чтобы передать свои чувства от неба, лирический герой сравнивает их с как бы "более понятными" чувствами начальника от халтурной работы. При этом обе стороны сравнения переплетаются, они не разделены, как бывает обычно, нас то отправляют в 90-е, то снова возвращают "сюда", в 19 ноября, образ постепенно раскладывается на отдельно цвет неба и отдельно "тоску" от него, и только через такой приём появляется возможность сказать о своём даже общими словами (ведь прямо и намеренно используется стёртое общее слово "тоска", но какая именно это тоска можно понять только из всего текста). И это помимо тонких отсылок к театральности, бутафории vs искренности (и даже не совсем vs, там тоже непросто всё, ведь "цвет неба" был сделан из-за халтуры, а добросовестная работа заключается в украшении блёстками фольги)

Такие вот крутые вещи делает нынче Родионов, перечитывать и перечитывать.

@темы: поэзия, ссылки

16:00 

Постмодерн подсмотрен
А вот вам ещё охуительные истории с Ариона: Елена Невзглядова (чот часто её имя стало появляться тут) сделала этакое • виртуальное интервью с Мандельштамом. Тут имеет место ловкость рук и никакого мошенства: Невзглядова своими репликами задаёт необходимый ей контекст, куда потом вплетает подходящую цитату Мандельштама (и похуй, что она могла быть в ином контексте) — и вуаля! Мандельштам наш! Точнее, её. Потому что по сути Невзглядова просто присваивает Мандельштама и весь его статус себе. И до какого-то момента это терпимо, ну самоутверждается себе влажными фантазиями о том, что Мандельштам на её стороне и разделяет её вкусы и взгляды (для эффекта можно в паре взглядов не согласиться, скажем, на поэзию Цветаевой), но когда имя Мандельштама просто-напросто используют в качестве оружия для расправы с конкретными хорошими поэтами, тут начинает припекать. Понимает ли Елена, что уж у кого-кого, а у Василия Бородина Мандельштам живёт и дышит в гораздо большей степени, чем у, блядь, Кушнера того же? Это же даже просто неэтично и некрасиво по отношению к самому Осипу Эмильевичу: брать его имя и статус и присваивать себе. Ну ладно в качестве такого интерактивного ознакомления со взглядами Мандельштама — это сделано интересно. Но впутывать его в собственные дрязги — это как-то фу.
Лучше честно взять собственно стихи Мандельштама, особенно поздние, и сравнить с Бородиным и Кушнером. Это будет иллюстративнее всяческих спекуляций над безответным поэтом.

@темы: facepalm.jpg, поэзия, ссылки

09:54 

Постмодерн подсмотрен
Вчера на ярмарке non/fiction вручили сразу несколько премий. Самая интересная и статусная из них — это премия Андрея Белого, разумеется. Несмотря на скандалы вокруг руководства и жюри, каждый раз премия всё же остаётся верной себе: это просто времена меняются. У людей может пригорать себе, но и после перезагрузки 2014 года лауреаты премии были достойными.
В этом году за поэзию премию вручили Леониду Швабу — и кто поспорит с тем, что он её не заслужил?
С прозой интереснее — премию получил роман Петровой "Аппендикс". Это несколько снижает его шансы на получение НОСа, однако почему бы и нет. Всё-таки у этих двух премий разные ориентиры, и двойное лауреатство сделает книгу только объёмнее. Хотя я хз, насколько книга такое внимание заслужила.

@темы: поэзия, IRL

19:19 

Постмодерн подсмотрен
Прометей окартиненный

Вчера начался Артдокфест, всё это прекрасно, но мимо меня. Зато на Кольте Василий Корецкий оставил прекрасный отзыв на фильмы о Павленском и Шалыгиной, с которых (фильмов) Артдокфест и стартовал. В общем, фильмы слабые, плакатные и о Павленском как человеке и его художественном проекте ничего нового не говорят. Зато об этом новом апофатически как бы говорит сам Корецкий, почитайте.

@темы: арт, ссылки

21:26 

Постмодерн подсмотрен
Хех, в 10 номере этого года журнал "Звезда" публикует статью Невзглядовой, где та хорошенько проходится по Наде Делаланд и прочим клоунам без знаков препинаков.
А в 11 номере он уже публикует подборку стихов самой Нади Делаланд.

Впрочем, в этой подборке всего 4 стихотворения, из них без знаков препинания целое ОДНО. Я даже хз, вин это или фейл.

@темы: поэзия

18:54 

Постмодерн подсмотрен
Лауреатами Премии Аркадия Драгомощенко 2016 стали поэты Екатерина Захаркив и Эдуард Лукоянов.

По поводу первой: мне такое читать сложновато, я не могу вычленить, найти именно её фишку, услышать её голос. Уверен, что не отличу её стихи ни от, скажем, другого финалиста премии, Левицкого, ни от номинировавшего её Андрея Черкасова. Там в записке разговоры о всякой телесности, это такое медленное, рефлексивное письмо, которое мне труднодоступно, которое для меня существует в виде нескольких значимых авторов типа самого Драгомощенко либо тех, кто реально имеет свой неповторимый стиль, Сен-Сеньков, например. Огромное количество авторов поменьше я просто не различаю, увы. В том числе, абсолютно серым листом кажется мне письмо Захаркив.
На мой вкус, в шорте было два действительно интересных и своеобразных поэта, и на место Захаркив я бы поставил Оксану Васякину. Её речь предметнее и нарративнее, мне такое больше импонирует, чем зияющие пустоты "медленного письма". Кроме того, у неё куда более различима оптика определённого субъекта, такая феминистская поэзия с её ориентирами на женскую телесность (тут "телесность" кажется мне гораздо более конкретным понятием, чем применительно к текстам Захаркив, речь собственно о женском телесном опыте), в связи с чем можно вспомнить яркие имена на этом направлении: Евгения Риц (но она лиричнее и вообще любит рифмы), Галина Рымбу (но она менее конкретна и более "речевая" что ли) или Лида Юсупова (её мощь вообще трудно с кем-то спутать) — в общем, Васякина вполне гармонично влилась в контекст и при этом имеет отличия. Собственно, весьма радикальный пример про мать-амазонку и лесбиянку (есть у неё стихи и помягче)

Стихотворение Оксаны Васякиной

Если бы вместо Захаркив выбрали Васякину, то премию этого года можно было бы назвать левацкой. Потому что второй лауреат и заодно второй поэт, чей стиль, на мой вкус, выделяется из однообразного шума "медленнопишущих" — Эдуард Лукоянов, весьма такой левацкий поэт. На премию номинировалась поэма "Кения", там не так слышно левизны, да и вообще номинация была за особый тип письма, который был назван в сопроводе "дейктическим", то есть, указывающим. Дейксис — это такой жест указания на нечто, просто указания, без комментариев, морали там всякой или объяснения, подразумевающий, что это нечто самим собой говорит больше, чем о нём можно мудрствовать. В поэме "Кения" субъект умаляется до состояния документальной камеры, но не исчезает и иногда вставляет свои пять копеек (в конце каждой части упоминая Россию, скажем). Я в связи с этим вспомнил предметники Соковнина, там был почти такой же принцип, НО! Важное отличие практически концептуалистского формата Соковнина — его предметники суть каталоги пространства, географии какой-то, чистая намотка событий. У Лукоянова субъект не прячется, он выделяет только нужное, как талантливый документалист, а не "просто камера", из чего создаёт портрет Кении глазами россиянина, это именно постконцептуалистский жест.

А если хотите (нео)левацких стихов, то вот:

Стихотворение Эдуарда Лукоянова

@темы: поэзия

18:17 

Постмодерн подсмотрен
Прочитал "Медведок" Галиной, но пока о них писать не буду, а буду писать о них и "Автохтонах" вместе, когда последние осилю наконец, потому что, кмк, есть в них общее, много общего. Всё же и "Медведки", и "Автохтоны" — это другой уровень, гораздо более высокий, чем "Малая Глуша" и прочее, писанное до этого. Оба романа требуют медленного чтения, серьёзно, они сплетены нехило так со всеми своими сюжетами и их отражениями, но кто бы занялся этим. Я не особо хочу, но там и вправду есть, чем поживиться. Я же попробую лишь ухватить самое общее и то, чем романы схожи. Если получится а) дочитать, б) ухватить

@темы: книги, проза

17:30 

Постмодерн подсмотрен
Классное стихотворение нашёл недавно на Полутонах. Автор — Ростислав Амелин. К рассуждениям о том, обладают ли боты и всякие нейросети субъектностью. Представьте, кароч, что внезапно два бота обрели субъектность и даже какие-то чувства. На каком языке они бы смогли общаться друг с другом? У обоих ничего нет, кроме того, что вложил в них человек. Вот и стихотворение — как бы диалог этих двух ботов на тех языках, которые им доступны: скрипты, команды, поисковые запросы. Такая наивно-ироничная и вместе с тем трогательная история.

Ростислав Амелин

ONE_LOVELY_SONG

уважаемое правительство!
#
прислушивайтесь ко мнению людей
#
введите код с картинки
#
1247АМq
#
вы точно не робот?
#
выберите: да/нет
#
da
#
отказано в доступе
#
похоже, что вы робот!
читать дальше

@темы: поэзия

23:29 

Наиль Измайлов (Шамиль Идиатуллин) "Убыр"

Постмодерн подсмотрен
В ЖЗ выложили номер "Октября", посвящённый детской литературе, в нескольких статьях-эссе на тему востребованности таковой в нынешнее время пару раз упоминалась эта книга, кроме того, о ней я и раньше где-то читал и вроде хотел почитать.

Теперь прочитал. Ну, особых глубин в романе нет, а так это вполне добротно написанное нечто на пересечении хоррора (даже боди-хоррора), фэнтази и young adult (если считать старших подростков нижней возрастной границей читателей этого жанра), получившее даже крапивинскую премию. возможны спойлеры

@темы: книги, проза

15:03 

Постмодерн подсмотрен
Пара интересных ссылок с Горького:

Редакторы "Транслита" рассказывают о своих литературных предпочтениях.

Кстати, название относится не ко всем книгам, это уже редакторы Горького постарались, там довольно интересное размышление о глубоком и широком чтениях и возникающих вследствие каждого белых пятнах, которые могут ликвидировать некие вроде бы левые книги, которые и названы "порталами".

Интервью с Александром Шаталовым

Шаталов — поэт и главред издательства "Глагол". Вспоминает о том, как издательство начиналось, как издавал Лимонова, Берроуза, Буковски и книги авторов, так или иначе связанных с гомосексуализмом (Евгений Харитонов, "Комната Джованни" Джеймса Болдуина, "Я сам себе жена" Шарлотты (Лотара) фон Мальсдорф). Всё это ещё в советские годы, хоть и в период перестройки. Очень интересно читать, на самом деле, куда проще и доступнее, чем транслитовцев)

@темы: ссылки

17:40 

Постмодерн подсмотрен
Удивительно, совсем недавно (не помню день, вроде когда объявили о победе Трампа) Алина предложила посмотреть фильм из её детства, такая русская мелодрама 00-х с трагической концовкой на разрыв аорты а-ля 90-е. Фильм называется "Лиса Алиса" вроде, и там брат с сестрой (около 20 лет обоим) похищают дочь французского посла (в целях мести ему), чуть помладше возрастом, у той потихоньку развивается стокгольмский синдром (тем более, что сестра, та самая Алиса, открыла ей правду, какой её папочка урод), и они все втроём решают свалить в деревню к бабушке, жить там небольшой коммуной и не возвращаться к своим родакам. Кончилось всё, как водится, ментами, оцеплением, маслиной в бок парню (нехуй с волыной выходить) и разрушением нежной молодой любви пьяным жестоким ботинком этим жёстким репрессивным аппаратом взрослого социума. Это звучит иронически в обсуждении киношки, но когда схожий сюжет внезапно происходит ИРЛ, становится как-то... стрёмно не стрёмно, но как бы неудобно. Или обидно.

Да, вот именно обидно и стыдно перед этой псковской парочкой, Денисом и Катей, впрочем, и за них немного тоже, но им я скорее сочувствую. Сюжет мелодраматичной трагедии ИРЛ разыгрывается не сам по себе, его подталкивают жуткие законы жанра. Непонятно, где, но очевидно, что где-то живая жизнь этих подростков начинает выстраиваться в структуру определённого жанрового нарратива и переплетаться с ней. Все жесты и аффекты ребят продиктованы этим жанром, Спектакль (который они сами включили в Перископе) ждал всего этого, а сами ребята оказались вовлечены в него и не нашли сил выбраться, а помощь со стороны не пришла. Увы, они оказались под двойным прессингом. С одной стороны их прессовали культурные клише типа "Ромео-Джульетты", "любовь-выше-жизни" и прочий романтичный и оттого опасный бред. Эти клише воспроизводит всякое нарративное фикшн-медиа типа бульварной литературы и киношек, но эти же клише начинают создавать схожий нарратив и в жизни, если вовремя их не отрефлексировать и не повернуться к Спектаклю спиной, оценив живую жизнь выше клише и просмотров стрима. Потому, кстати, я не называю их, как любят это сейчас делать, Бонни и Клайд: этот образ тоже является опасной романтизацией. Но кроме "книжной" (назовём её так, по старинке, разумеется, речь не только и уже не столько о книгах, но вы понели) культуры их куда больше поимела культура бытовая и социальная. Бытовая в виде их семей с ебанутыми родаками, которые не воспринимают своих детей в качестве чувствующих, противоречивых субъектов, находящихся в состоянии кризиса собственной идентичности (оттого они и следуют за установками "книжной" культуры, которые предлагают им готовые сеты для идентичностей), впрочем, родители тоже не всегда способны преодолеть сеть клише и стереотипов собственных, уже закосневших идентичностей и социальных связей и ценностей, так что ебанутые они тоже как бы условно, но ебанутые. А социальная проявилась в действиях репрессивного аппарата государства, которые всё-таки ориентированы на репрессии, на "держать и не пущать", а вовсе не на помощь, облегчение выхода из жанрового заноса в живую жизнь. В жизни подростков возникла складка, водоворот, рана, если хотите, хаос, который необходимо было как-то пройти. Тут на помощь пришёл жанровый сюжет, стал рулить по-своему, у раны хотя бы появились очертания. Но исцеления не пришло, пьяный жестокий ботинок полиции просто начал по этой ране пинать, чем всё усугубил, разумеется. Правы те учителя и психологи, которые говорили, что ребята кого-то ждали, какой-то помощи, которая выведет их из заноса.

В общем, от этой истории остаётся некое чувство жалости по отношению к ребятам и обиды по отношению к социуму и тем клише, которые помогли такому сюжету сложиться ИРЛ. Вообще-то, когда мизулины говорят, что виноваты игоры и анимы, доля правды в этом есть, но только малая доля. "Книжная" культура остаётся в фантазиях, если бытовая и социальная позволяют жить комфортно и не дают "книжной" завладеть жизнью. "Книжная" культура формирует совсем надстроенные надстройки типа эстетики, воспринимать же реальность адекватно и отделять "книжную" культуру от живой жизни поможет только среда, в которой подросток формируется. Если среда так или иначе травмирует субъекта, на место травмы тут же всасывается символическое и смешивается с реальным. Так и приходят сюжеты мелодрам к нам в новости.

@темы: IRL, размышления

11:43 

Постмодерн подсмотрен
Джонни Депп сфоткался в поддержку Сенцова, молодец, чо. Но мы-то знаем, кто гораздо круче сфоткался в его поддержку.

спойлер

@темы: фотащки, IRL

14:34 

Что я узнал о шорт-листе НОС-2016

Постмодерн подсмотрен
В общем, тут выкатили шорт НОС-2016. Там наверняка хорошие книги, но читать я их, конечно, не буду. <рожа какого-то тнтшного ведущего.jpg>. Ну, может, какие-нибудь буду, если станет прям интересно, но для начала я решил воспользоваться кунг-фу рассуждать о книгах, которые не читал, от сэнсея Байяра. В общем, гуглить по каждой книге отзывы в интернетах и на их основании создать себе некий образ необходимой книги. А результаты скидывать сюда. Это не будут серьёзные какие-то отзывы, как по прочитанным книгам, там всё будет хорошенько приправлено остраняющей иронией, чтобы, ну, ясно было, что это лишь о симулякре книги речь идёт, об отражении множественных её отражений. Заодно попробую прикинуть, достойна ли книга НОСа или нет (частное мнение не особо компетентного в этих вопросах читателя).

1. Что я узнал о книге Евгения Водолазкина "Авиатор"

2. Что я узнал о книге Кирилла Кобрина «Шерлок Холмс и рождение современности»

3. Что я узнал о книге Сергея Кузнецова «Калейдоскоп. Расходные материалы»

4. Что я узнал о книге Владимира Мартынова «Книга перемен»

5. Что я узнал о книге Александры Петровой «Аппендикс»

6. Что я узнал о книге Сергея Лебедева «Люди августа»

7. Пост про книгу Бориса Лего «Сумеречные рассказы»

Шорт-лист общим планом

После первых трёх книг мне показалось, что основной темой шорта этого года станет 20 век, попытка понять его, обозначить, обдумать. Разными инструментами.

1. Создав субъекта, который зеркален нам нынешним: он погружён в атмосферу начала века и остранён от реалий конца века. Этот обратный взгляд из глубины века противопоставлен нашему взгляду свысока, на исходе века. Портрет века глазами свидетеля (Авиатор)

2. Исследовав образ, который был актуален на протяжении всего века, и задав себе вопрос, почему так. Какие черты современности рождались в начале века и как их зафиксировала шерлокиана. Портрет века, запечатлённый в тексте (Шерлок Холмс)

3. Или проведя литературно-стилистическую работу, пастиш, в котором отражается полифония стилей всего 20 века и даже шире, настолько, насколько эта широта связана с тем, что появилось уже в 20 веке. Портрет века, созданный из его литературы (Калейдоскоп)

4. Наконец, попытавшись озвучить язык молчания, примету не только советской действительности, кстати, а ещё и проблему посттравматического свидетельствования вообще, феномен, на котором обосновалась послевоенная поэтика. Это такой сумрачный портрет века, негатив (Люди августа)

Но не все книги списка так гладко соответствуют этой тенденции.

Так, Сумеречные рассказы ориентированы не столько на обозначение прошлого, сколько на предостережение будущего, а питаются они субстратом настоящего, его фантазмами и судорогами.

Словно в будущее смотрит и Книга перемен, но уже по-другому: это попытка создать новый художественный язык, который бы соответствовал культурным тенденциям. Отказ от литературоцентризма, обращение к индивидуальным, нонспектакулярным практикам, диджейство и миксы, ассамбляжи и перформативность текста.

И совсем особняком стоит Аппендикс, это уже и не про время, и не про язык, а про место. Это взгляд на Рим изнутри, старающийся при этом достичь масштабности.

Что же тогда объединяет эти тексты? А вот эта самая масштабность. Каждая книга ставит перед собой задачу объять если не необъятное, то как минимум что-то большое, причём сделать это не со стороны, а осознавая себя частью того, что собирается объять. Увидеть весь масштаб явления изнутри самого явления, будь то время, пространство или язык.

На мой взгляд, премии достойны тут практически все. Кроме Авиатора и Шерлока Холмса. Жду января, заинтригован ашпиздец. Потому что жюри могут всё нахуй переиграть. В том году выбирали между Яхиной (!!) и Зайцевым. А сегодня, например, британскую премию типа НОСа вручили роману из одного предложения. Ново ли это? Хз.

Ну и небольшой ехидный опросик. Как считаете, кто же больше всего заслужил НОС? Ответы специально написаны максимально негативно :alles:
запись создана: 03.11.2016 в 16:23

Вопрос: Какая книга достойна НОСа?
1. Затхлый классический патриархальный роман  0  (0%)
2. Сборник скучных литературно-исторических эссе  0  (0%)
3. Сборник всяких недоделок и рваных отходов  0  (0%)
4. Мешанина картинок, карт, объявлений, пустых страниц, неба, аллаха и гексаграмм  1  (20%)
5. Скучный длинный лытдыбр о жизни в Италии  1  (20%)
6. Фантазии либерашки на лагерную тему, выданные за якобы правду  1  (20%)
7. Эпигонство в духе Пелевиносорокина  0  (0%)
8. Трамп и Единая Россия  2  (40%)
Всего: 5

@темы: проза, книги

18:58 

Борис Лего. Сумеречные рассказы

Постмодерн подсмотрен
Борис Лего — кто это вообще? О нём ничего неизвестно, кроме пары каких-то явно провокативных интервью да предисловия к книге, где явно создаётся образ автора, маска, некое приложение прямиком к книге. Может, он появится на дебатах? А то пока выглядит как некий проект, что-то вроде Масодова. Практически с той же тематикой, только немного переработанной согласно актуальной сводке. Потому что если Масодов работал с советским-постсоветским наследием, то Лего уже срезает слой нашего времени.

Начать стоит с того, что книга и вышла провокативно. Обложка в духе всякой хоррор-попсы с кричащими логотипами "самая страшная книга года!!11", жанр обозначен как "русская готика", в общем, словно эта книга скорее феномен массовой жанровки. Ну вот она:

Обложка

Вы бы стали брать эту аляповатую бесвкусицу? Я бы тоже не стал. Возможно, на неё бы клюнули любители хоррора. А внутри их бы ожидал небольшой сюрприз. Ну, то есть, некоторые рассказы можно читать как эксплуатационные ужастики, но их не так много. Атмосфера там вовсе не хоррорная, а скорее гротесковая, фантасмагорическая. Вот если условно взять Пелевина и Сорокина как два полюса, то рассказы в книге где-то посередине будут. И с того немного взяли, и с того. И мамлеевской духоты добавили. Говорю же, явный клон. Но.

Вот Сорокин в нескольких своих последних книгах аккуратно снимал тренды нынешней российской атмосферы и вил из них лубочную антиутопию в своей особой образной манере (оффтоп: мне кажется, образы Сорокина и Сен-Сенькова очень схожи по своей природе. У них разные векторы, возможно, но то, что они из себя представляют, некие иероглифы, не дешифрующиеся до конца и прорастающие в телесность — вот это общее. Чешется от их материальности, визуальности и вместе с тем непрозрачности). Лего рубит сплеча колуном, пишет гораздо прямее.

Структура книги основана на некоем "древнем" (не ручаюсь, что не фейк) демонологическом трактате, в котором рассказывается о 19 демонах ада с их именами, "должностями", гравюрами и печатями призыва для юных сатанистов. Каждому рассказу соответствует свой демон. В начале рассказа приводится гравюра, а в конце книги есть демонологический словарь, где про каждого демона есть краткая информация (и печати, да). Обычно эта информация позволяет считывать в рассказе новые смыслы, ну, или просто так или иначе связана с темой рассказа.

Итак, в книге представлена Россия, в которой все современные ретроградные тренды гротесково усилены. Это усиление уже готово сделать новый качественный шаг, о котором пока вслух не говорят, но дух его уже витает в воздухе: православие не справляется с оправданием действующей власти, система моральных ценностей не та, и на помощь ему движется сатанизм. В языке рассказчиков и героев книги ещё буксуют старые артефакты, православие и духовность, но за ними всё чаще скрываются совсем иные, инфернальные силы. Каждый рассказ осенён печатью демона, и именно демоны управляют героями, ходят где-то рядом тревожными тенями. Будь то патриот, отравивший интеллигентов, группа подростков, отправившаяся воевать на Украину, чтобы потом вернуться и добить всех кошек в округе (печать Баала), мужик, блуждающий в вологодских лесах в поисках глушилки вражеского западного радио, или одержимый парень, силой пытающийся покрестить свою девушку в проруби. В некоторых рассказах о сатанизме говорится прямо. Наркоман, катающийся обдолбанный в метро и слушающий там голоса, обретает у себя на лбу кровавую пентаграмму (там пародия на сюжет с Нерукотворным Спасом). Или такой очень важный рассказ: на сходке активистов один предлагает построить на пустыре вместо бездуховных жилых домов, где будут только трахаться, храм Сатаны. Он ждёт баттхёрта, но все молчат. Все чувствуют необходимость в этом, но пока открыто говорить опасаются, ждут распоряжения сверху. В книге Россия медленно погружается в сумерки, когда вроде ещё светло, но холод ночи уже чувствуется. Оттуда, из сумерек, и возникают эти рассказы. Заканчивается книга зачатием Антихриста.

Это хоррор, но особого рода. Это не просто эксплуатация демонической темы ради страха (с банальными философскими или фрейдистскими подкладками, как бывает в популярных сюжетах на эту тему), а увеличенная в кривом зеркале самая мякотка (пусть и явно алармистская) нынешней атмосферы в стране. Вот где ужас: когда за фантасмагорией угадываешь черты реальности.

Но, мне кажется, для НОСа такая вещь выглядит несколько эпигонски. Никто же не даст НОС Пелевину. Даже Сорокину вон не дали (врочем, по иной причине). Но жюри есть жюри, посмотрим чо там как.

@темы: книги, проза

21:08 

Постмодерн подсмотрен
фонари
заштрихованы снегом
горит
прорывается словно
акварель
пространство ночное
греет
сминает иначе
и что
проглядывает сквозь
листа
потёртости

Другая сторона

@темы: поэзия

Re-Vision

главная